Агнесса Учитель
"Никто не хочет возвращаться": о бизнесе, Америке и разнице в менталитетах
Агнесса Учитель – создатель уникальной методики обучения маркетингу для мам-эмигранток.
Она живёт в Нью-Йорке, зарабатывает за компьютером, не выходя из дома, и не имеет любимого российского «развлечения» – трудовой книжки. Агнесса рассказала нам о том, как преодолеть трудности эмиграции, и в чём разница между российским и американским подходом к бизнесу.
— Что подтолкнуло вас на эмиграцию?
— Во-первых, личные причины. У меня погиб близкий человек, и надо было срочно что-то менять, чтобы не увязнуть в депрессиях и безысходности. Была угроза и моей жизни.

Во-вторых, во мне с детства была предпринимательская жилка, и я очень хотела открыть своё дело. Мне казалось, что есть страны, где у меня это получится.

— Почему выбор пал именно на Америку?
— Решила отправиться за американской мечтой. Ещё я думала о Германии, Израиле, и даже Австралии, но поняла, что в то время США – лучший вариант для самореализации. Страна, где, как мне казалось, можно всё. Интуиция не подвела.
Фото: Пелагея Пряникова
New York
— Где вы работали сразу после переезда?
— До эмиграции я специализировалась на стрижках собак и товарах для животных. Первый бизнес по продаже поводков, ошейников и т.д. я открыла ещё на Родине. После переезда в США я пошла в ассистентки грумера на Брайтоне. Работа была адская. Ставка – от силы 20$ в день. Для Америки – это, считай, ничего.

Позже перевелась в салон получше. Там зарабатывала за час столько, сколько за день зарабатывают в России. Параллельно с этим учила язык.

— Вы переехали в 18 лет. Было ли вам проще, чем нынешним 18-летним?
— Я переехала даже в 17. Времена очень сильно изменились. Начнём с того, что у нас не было ТАКОГО интернета, а значит такого быстрого доступа к информации. Всё приходилось узнавать со слов и из книг: о людях, о стране, о том, как туда попасть и с чего начать.

Тогда практически вся эмиграция была легальной, понятия «гастарбайтер» не существовало. Не было и интернет-профессий, сразу зарабатывать не удавалось. У многих, как и у меня, отсутствовало знание английского языка.

Между странами была пропасть менталитетов – люди по-разному относились к деньгам, людям, рабочей силе, национальной идее, «понтам», ежедневному укладу жизни и к работе. В 90-е мы все хотели быть крутыми – мобильник, бизнес, голда… А приезжали в США и работали сиделками у тяжелобольных. И были счастливы, одеваясь в долларовых магазинах. У нас и так поколение сломленных ценностей, а тут ещё и шок от попадания в совершенно другую среду. Сейчас желающим, конечно, легче адаптироваться.

Фото: Ксения Абрамчева
New York
— Кстати, о менталитете. Менталитет американцев действительно сильно отличается от российского?
— Да, очень отличается. Мне трудно говорить с высоты прожитых лет, но есть вещи, которые кардинально противоположны нашему видению мира. Например, в Америке учат коллективной порядочности не так, как нас. Если твой сосед по парте списывает – ты обязан его заложить. Потому что тогда он и дальше будет списывать и отставать, а это плохо для общества.

Здесь другое отношение к властям и службам. Полицейский – это положительный герой, переводящий детей через дорогу. Полиция – это хорошо. Это не вымогатель, это не пугающий человек с оружием. Когда американцы говорят, что мы агрессивные, то подразумевают под этим нечто другое – пробивную способность, наглость, если хотите.

Ещё здесь совсем другое отношение к детям. Нас учили отдавать им только лучшее. Мы водим их на дополнительные занятия, кружки, обеспечиваем досуг. В США это очень дорогое удовольствие. Час с преподавателем математики без профессорского звания – 90$. Групповое занятие по рисованию – 35$. Платят за это в основном эмигранты, потому что американцы спокойнее относятся к тому, что необязательно.

Ну и, конечно, наше фирменное угрюмое выражение лица. Здесь, особенно в пригородах, все тебе улыбаются, приветствуют – даже незнакомые люди. Если ты идёшь с ребёнком или собакой – обязательно сделают комплимент. Про русских говорят, что мы угрюмые, громкие и близко подходим друг к другу для разговора. В США так не принято, это некий пунктик. Американцы разговаривают на расстоянии, не нарушая личного пространства. Никто не кричит через дорогу: «Ваааась, купи мне жвачку!».

— Есть ли разница между российским и американским подходом к работе?
— О да! Мне есть с чем сравнивать. Я работаю, в том числе, с соотечественниками из постсоветского пространства по всему миру. У нас принято считать, что начальник – тиран. Работники гнут спину и заискивают. Это с одной стороны. А с другой стороны, есть русские фрилансеры. Они могут оставить проект и уехать на рыбалку или рок-фестиваль.

У американцев больше ответственности по отношению к работе и срокам. Они политкорректны аж до боли. Никакой агрессии, лишним рабочих напрягать не принято. У работодателя в США прав чуть ли не меньше, чем у персонала.

Ещё одно важное отличие – это смекалка. Русские всегда в движении, что-то придумывают и изобретают, находят новые возможности. Американцы этим не обладают.

— С какими трудностями вы столкнулись, когда решили открыть своё дело в чужой стране?
— Вот не поверите, но сложно было только на этапе легализации себя. В остальном – никаких проблем. Если у вас бизнес, от которого не зависят человеческие жизни, то самое главное в Америке – заплатить налоги. Малое предпринимательство всячески поощряется и поддерживается. Лицензии выдаются без проволочек, есть сферы, где они и вовсе не нужны. В общем если вы на легальном положении – можно не работать на дядю, а заняться своим делом. Лучшего места, чем США, мне кажется, не найти.
Фото: Маргарита Сафоненко
New York
— Есть мнение, что за рубежом можно найти работу только людям технических специальностей. Так ли это?
— В США – да. Иностранцев приглашают, потому что они стоят дешевле американцев, а квалификация у них хорошая. Трудно найти работу инженерам, так как стандарты разные, а вот программисты – вполне подходят.

Здесь много разных профессий, востребованных именно в русскоязычной общине. Тут живут более миллиона русских, поэтому есть всё: магазины, ТВ, газеты, журналы, адвокатские конторы. Все говорят по-русски и обслуживают русских. Американцы же, в основном, доверяют своим.

Также популярна профессия няни для детей или пожилых. Русским платят больше, чем другим. Английский нужен, но не критичен. Стандартная ставка для таких городов, как Нью-Йорк – 100$ с проживанием в семье.

— Есть ли значительная разница между Нью-Йорком и другими городами Америки?
— Нью-Йорк – это 5 островов. Его пригороды разбросаны даже на территориях других штатов. Спальные районы, если говорить по-нашему. В Нью-Йорке, как и в любом мегаполисе, всё происходит быстро, резко, агрессивно и напористо. Чем дальше от него отъезжаешь, тем спокойнее становится. Люди всё делают медленнее, мало напрягаются.

В Нью-Йорке сильно влияние эмигрантов – русских, китайцев и итальянцев. Поэтому в город проникли их национальные особенности.

Уровень жизни и благосостояния не отличается от среднего по стране. Цены соответствуют зарплатам. Разве что недвижимость гораздо дороже.

— Как политические отношения между Америкой и Россией влияют на отношение к вам?
— Никак! Не поверите. Здесь одна сплошная эмиграция. Никто не ассоциирует нас с нашими странами или правительствами. Не обсуждают Украину, Россию, Сирию. Внутри русской общины вообще все перемешаны – иудеи, православные, украинцы, белорусы – все русские.
Фото: Пелагея Пряникова
New York
— Ваша жизнь стала лучше после эмиграции?
— Это, наверное, не патриотично, но моя жизнь стала лучше. Хотя для кого-то я не показатель, так как уехала в 17 лет. Жизнь в стабильной стране, в которой ты не боишься ипотеки, краха экономики и остаться на улице, придаёт уверенности. Те, кто приехал недавно, даже если на Родине жили неплохо, пытаются разжиться или сразу купить машину. А здесь её можно купить всегда.

Как бы тяжело не было здесь – никто не хочет возвращаться. Это факт. Причиной возвращения может стать только невозможность перевезти семью или легализоваться. Чувство уверенности – вот, что даёт людям США.
Текст: Анастасия Плахова